«Закралась мысль: ну а почему бы и нет?»

Как хорошие мальчики становятся закладчиками.

Когда сын вляпывается в историю и ему грозит срок 15, а то и 20 лет, для родителей всегда будто обухом по голове. Как так, ведь у нас «очень хороший мальчик, с ним­-то точно ничего подобного не должно было случиться». И речь далеко не о грабежах или убийствах.

Чтобы получить такой срок, достаточно, чтобы уличили в распространении всего полграмма наркотиков, или, проще говоря, заложить хотя бы одну закладку. С этого момента пути назад нет. Чтобы вытащить своего мальчика, родители тратят последние деньги на адвокатов, а то и продают имущество. Те, кто столкнулся с этой проблемой, не дадут соврать: в СИЗО сегодня до 70% контингента – именно закладчики, добрая часть из них – те самые «хорошие мальчики», часть – совсем еще дети, подростки, которым предстоит провести лучшие годы в тюрьме.

Но как это случается? Когда наступает тот самый перелом, после которого жизнь круто поворачивает совсем не туда, куда задумывал. На условиях анонимности мы поговорили с одним из таких закладчиков, или «кладменов», как говорят на сленге. Денис – студент престижного вуза. Парень из очень хорошей интеллигентной семьи. Учился на выпускном курсе, успешно шел на диплом, когда однажды решил подзаработать на закладках. Сейчас под следствием, находится под подпиской о невыезде, ему грозит десять лет заключения. Вот что рассказывает он сам.

– Денис, зачем тебе это было надо? Когда пришла мысль пойти в закладчики?

– Я учился, одновременно работал. Получал тысяч 35 в месяц. Однажды еду домой и понимаю, что мне мало этих денег. Ну не у родителей же просить. Начал «форсить» объявления о работе. То и дело попадались предложения о закладках. Пишут напрямую, не шифруясь: «курьер, вещества», «курьер, закладки». Закралась мысль: ну а почему нет? Я же не собираюсь заниматься этим постоянно. Так, подзаработаю немного и перестану.

– Много денег предлагают?

– О, тут замануха, как в финансовой пирамиде. В так называемых магазинах по распространению наркотиков обещают, что при должном рвении ты скоро и на собственную квартиру сможешь заработать, всё зависит от тебя самого. Заложить одну закладку стоит 500–600 рублей. И кажется, что ты хотя бы 10 штук в день распространишь – и вот тебе очень хороший заработок. В общем, я повелся на предложение одного из «магазинов».

– Ты кого­то из тех, кто предлагает быть закладчиком, лично видел?

– Нет, конечно. Схема выстроена так, что никто не встречается друг с другом. Всё общение происходит строго онлайн. Получаешь инструкции по безопасности, информацию о запретах, куда нельзя делать закладки и т.д. Четко рассчитывается время, чтобы тот, кто делает закладку, и тот, кто забирает ее, не пересеклись друг с другом. Никто никогда не видит кураторов и, естественно, тех, кто стоит на самом верху этой пирамиды. Причем тебе убедительно доказывают, что всё рассчитано, никакого «палева». У нас был даже инструктор по безопасности. Он постоянно говорил: никто ничего не узнает, всё под контролем.

– Кстати, а куда не разрешают делать закладки?

– Например, на детских площадках. Я сначала даже подумал: ничего себе, о детях беспокоятся. На самом деле нет, конечно, они о себе беспокоятся. Ребенок может найти закладку, выбросить, испортить. Нельзя закладывать в больницах, школах, ну и просто в тех местах, которые отлично знают наркоманы и могут украсть оттуда «клад».

– Расскажи, когда ты впервые пошел закладывать наркотики.

– А это и был первый и последний раз. Естественно, никаких денег я получить не успел, только срок в итоге заработал. Меня полицейские задержали сразу же, когда я только пошел забирать «мастер­клад» – пакет, в котором находилось несколько пакетиков с веществами, которые я должен был потом разложить в разные места. Я даже взять этот «мастер­клад» не успел. В гаражном массиве, куда пришел по наводке кураторов, уже стоял полицейский «бобик» и трое пэпээсников. Меня начали спрашивать, что да как, что в гаражах делаешь. Ну я взял и честно во всем признался.

– То есть ты в руках эти наркотики не держал?

– Да, вышло, что так. Сейчас думаю, и слава богу. Хотя десять лет мне всё равно светит. По закону считается, что у меня был умысел на их распространение. Я же сам сознался, что хотел раскладывать наркоту. Показал телефон со всеми наводками кураторов. Значит, уже виноват. Если бы разложил хоть грамм, хоть полграмма, грозило бы 15, а так 10 лет. Следователь, которая вела мое дело, всё удивлялась, говорит, первый такой случай у нее: факта распространения нет, но в тюрьму всё равно могу угодить.

– Денис, а что сейчас будет с университетом, с дипломом?

– Я пока нахожусь под подпиской о невыезде, успел его дописать. Тема: «Данте и его символизм». Меня Данте и Кавальканти вообще очень сильно увлекают. И работаю сейчас на двух работах, – в сотовой компании и флористом. Но вот что будет дальше, от меня, к сожалению, не зависит. Если присудят десять лет, об университете можно будет надолго забыть.

Комментарии

Нужно ли снижать срок наказания за сбыт?

Сергей Колосовский, адвокат:

– В экспертном сообществе часто спорят, нужно ли снижать срок наказания за сбыт наркотиков. Аргумент тех, кто «за», состоит в том, что наркотики не наносят прямого тяжкого вреда здоровью. Кому­то кажется, что сегодня СИЗО переполнены закладчиками, которые сидят там почти ни за что. И всё же я убежден, что в целом срок снижать нельзя, сбыт и изготовление наркотиков – это тяжкие преступления. Другое дело, что сегодня практически нет разницы, с каким весом вещества попался сбытчик. Ответственность одна: и для рядового закладчика, у которого нашли всего десятую долю грамма, и для руководителей синдикатов, ворочающих десятками килограммов. И вот тут, наверное, всё­таки нужны коррективы. Поскольку эта уравниловка невольно рождает перекос в работе полиции. Год­два упорной работы требуется на то, чтобы накрыть серьезную организованную группу наркоторговцев, при этом всего за неделю можно поймать пятеро закладчиков. А галочка за это в отчетности будет одна и та же. Так зачем полицейским прыгать выше головы?

Как устроена схема нарко­сбыта?

Александр Евсеев, бывший сотрудник Управления по контролю за оборотом наркотиков ГУ МВД РФ по Свердловской области:

– Всё зависит от масштабов «магазина». Есть точки, которые организовали всего два человека. Так, на Урале не так давно задержали участкового и следователя, которые открыли свой «магазин». Они сами всё паковали, распространяли, а потом делили прибыль.

А есть большие «магазины», рассчитанные на распространение наркотиков на территории целого региона. И это уже настоящие предприятия с отлично выстроенным менеджментом, с десятками сотрудников. Со своей кадровой службой и службой безопасности.

Система управления у них строится на горизонтальной и вертикальной схемах. «Горизонталка» состоит из рядовых закладчиков, оптовиков и полу-оптовиков – это те, кто рискует перевозить наркотики на машине или даже на поезде. Сюда же входят «химики», которые варят наркотики. И те, у кого есть ничем не примечательная квартира для хранения больших объемов веществ, этих людей называют «склад». А «вертикалка» выстраивается из закладчиков, их кураторов, которые выполняют роль диспетчера, далее идут те, кто поставляет им товар. Разработать «магазин» нужно время. Прикрываем один – тут же появляется другой. Как гидра.

Я проработал в наркоконтроле десять лет. И могу точно сказать, что за это время проблема стала только острее. В систему сбыта сегодня вовлечены и подростки, и пенсионеры. Самой возрастной закладчице, которая мне попалась, было 65 лет. Необходимо изменять систему работы по борьбе с наркотиками. И организационно, и, главным образом, технически, для чего нужна мощная IT­служба.

Подготовила Елена Мационг